Разделы: Лекция

Изучение нежелательных лекарственных реакций антигипертензивных средств в клинической практике

М.В. Леонова1, Д.Ю. Белоусов2, А.А. Галицкий1, В.Ю. Амагзаева1, Н.Н. Бурделова1, А.С. Леонов1
Проведен анализ нежелательных лекарственных реакций (НЛР) антигипертензивных препаратов (АГП) у пациентов с артериальной гипертензией по сообщениям врачей общей практики. На применение ингибиторов АПФ (иАПФ) – 162 сообщения (458 НЛР), среднее число НЛР на 1 больного составило 2,83, класс-специфичных НЛР – 1,17. Наиболее частая НЛР – кашель (66%). На применение антагонистов кальция – 84 сообщения (294 НЛР), среднее число НЛР на 1 больного составило 3,5, класс-специфичных НЛР – 2,4. Наиболее частые НЛР – отеки (46%), головная боль (35%). Выявлены различия в количестве и характеристиках НЛР при использовании амлодипина и нифедипина. На применение b-адреноблокаторов (БАБ) – 58 сообщений (208 НЛР), среднее число НЛР на 1 больного составило 3,59, класс-специфичных НЛР – 2,53. Переносимость БАБ характеризовалась наибольшим спектром НЛР по разным системам в сравнении с другими классами препаратов. Выявлены различия в характеристике НЛР у женщин и пожилых пациентов. На применение диуретиков – 14 анкет (45 НЛР), среднее число НЛР на 1 больного составило 3,2; на применение антагонистов рецепторов ангиотензина II (АТII) – 5 анкет (15 НЛР), среднее число НЛР на 1 больного – 3; на применение препаратов центрального механизма действия – 3 анкеты (18 НЛР), среднее число НЛР на 1 больного – 6. Почти для всех классов антигипертензивных ЛС выявлено большее количество НЛР на применение препаратов-генериков (особенно для генериков иАПФ), чем прием оригинальных препаратов. Тяжесть НЛР и частота случаев госпитализаций были большими на прием БАБ.
Одной из актуальных проблем современной кардиологии является лечение артериальной гипертензии (АГ) как лидирующего сердечно-сосудистого заболевания (ССЗ) и значимого фактора риска других ССЗ. Достижение целевого уровня артериального давления (АД) при лечении пациентов с АГ определяет их качество жизни и прогноз. Известно, что приверженность больных АГ к проводимой антигипертензивной терапии (АГТ) низкая, а наиболее значимой причиной отказа от применения лекарственных средств пациенты называют побочные реакции (59%) [1].
С целью улучшения результатов лечения и переносимости АГТ ведется поиск новых классов препаратов, модифицируются свойства и лекарственные формы уже известных классов АГП, что расширяет возможности индивидуального выбора терапии. Вместе с тем рынок АГП в России заполнен большим количеством препаратов-генериков, переносимость которых требует дополнительной оценки.
Среди НЛР АГП наиболее часто встречаются общие реакции (например, головная боль), что может быть проявлением и самого заболевания. Кроме того, врачам хорошо известны т.н. класс-специфичные НЛР, возникающие при использовании определенного класса лекарств и являющиеся проявлением их фармакологических свойств (например, механизма действия, влияния на рецепторы разных органов, липофильности и т.п.).
Вместе с тем представляет интерес характеристика тяжести НЛР АГП в реальной практике и потребность в госпитализациях по поводу НЛР, что также необходимо учитывать при выборе препаратов.
Целью настоящей работы было проведение фармакоэпидемиологического исследования по изучению НЛР на применение АГП у пациентов с АГ в реальной практике. Исследование проводилось в рамках программы ПИФАГОР, инициированной Российским обществом клинических исследователей [2].

Материал и методы исследования
Изучение НЛР при АГТ проводилось методом опроса врачей общей практики с помощью специальных анкет, включивших вопросы о характере, сроках развития, тяжести и исходах НЛР. Анкеты поступали за 2005-2006 гг. из 12 городов и населенных пунктов РФ. Из 350 полученных анкет валидными признаны 337, которые и были проанализированы.
Анализ НЛР проводился по классам АГП и системам организма в соответствии с классификацией ВОЗ [3] (отдельно анализировались класс-специфичные НЛР), а также по отдельным препаратам и генерикам. Дополнительно анализировались НЛР в подгруппах по полу и возрасту больных АГ.
Рассчитывались следующие показатели: частота случаев НЛР – отношение числа больных с определенными НЛР ко всем пациентам с НЛР; доля определенных НЛР в структуре НЛР – отношение количества определенных НЛР к общему количеству НЛР; среднее число НЛР на 1 больного с НЛР, а также показатели по класс-специфичным НЛР, характерным для определенных классов антигипертензивных препаратов. Статистический анализ сравнения долей проводился по уровню значимости в соответствии с рекомендациями по медицинской статистике [4].

Результаты
В структуре АГП из 337 сообщений о НЛР наибольшие доли имели три класса: иАПФ (доля – 48%), антагонисты кальция (АК) (доля – 25%) и БАБ (доля – 17%), доли других классов препаратов не превышали 5% (рис. 1).

izunezh1.png

Общее количество НЛР на применение АГП составило 1071, среднее количество НЛР на 1 пациента колебалось в диапазоне от 2,89 до 6,00. Наибольшее среднее число НЛР на 1 пациента отмечено на применение АГП центрального действия, наименьшее – на применение иАПФ.
Анализ НЛР проводился без учета влияния сопутствующей терапии. Несмотря на то что 75% сообщений об НЛР разных групп АГП получено на фоне сопутствующей терапии, различий по среднему числу НЛР при монотерапии или сопутствующей терапии отмечено не было (3,3 ± 0,25 против 3,1 ± 0,15).

НЛР в группе иАПФ
Из 162 сообщений об НЛР на применение иАПФ у пациентов с АГ общее количество составило 458, среднее число НЛР на 1 больного – 2,83 ± 0,19.
Основным препаратом группы иАПФ по сообщениям об НЛР был эналаприл (80%), доли периндоприла и каптоприла составили в сумме 11,6%, доли других иАПФ – менее 3% (рис. 2). Доля оригинальных препаратов в сообщениях составила лишь 17,3%; эналаприл на 98,5% был представлен препаратами-генериками отечественного и зарубежного производства.

В структуре НЛР на применение иАПФ ведущее место занимают расстройства со стороны дыхательной системы (рис. 3), второе место – нарушения со стороны ЦНС, третье – кожные расстройства.

izunezh2.png

Наиболее частой реакцией в общей структуре НЛР был сухой кашель (у 71,6% пациентов; рис. 4). Среди редких НЛР были расстройства со стороны крови (1 случай тромбоцитопении при применении эналаприла, 1 случай гиперкалиемии при применении квинаприла) и нарушение половой сферы у мужчин (1 случай снижения потенции у молодого мужчины при применении периндоприла).
К класс-специфичным НЛР иАПФ были отнесены: кашель (71,6%), артериальная гипотония (4,3%), кожные аллергические реакции (14,9%), отек Квинке (0,6%), гиперкалиемия (0,6%). Доля класс-специфичных НЛР в общей структуре НЛР составила лишь 40%; среднее число класс-специфичных НЛР на 1 пациента – 1,17 ± 0,1.
Анализ частоты НЛР по системам в зависимости от пола пациентов показал, что у женщин кашель при приеме иАПФ наблюдался достоверно чаще, чем у мужчин (76,3 против 59%; р < 0,05). Среднее число НЛР на 1 женщину составило 2,76 ± 0,21, на 1 мужчину – 3,26 ± 0,4, класс-специфичных НЛР – 1,17 ± 0,1 и 1,0 ± 0,1 соответственно.
Анализ частоты НЛР по возрастным группам значимых различий не выявил. У больных до 60 лет среднее число НЛР составило 2,70 ± 0,26, старше 60 лет – 2,90 ± 0,27, а среднее число класс-специфичных НЛР – 1,10 ± 0,10 и 1,15 ± 0,10 соответственно.
Тяжесть НЛР при применении иАПФ оценивалась как легкая в 50% случаев, средней тяжести – в 42, тяжелая – в 3%. Наиболее тяжелыми НЛР явились аллергические реакции, кожная сыпь, сухой кашель, одышка и сухость во рту. Следует отметить, что в группе женщин по сравнению с мужчинами чаще встречались НЛР средней тяжести (45 против 32%), а в группе мужчин – легкие НЛР (63 против 46%).
Была прослежена связь тяжести НЛР от индекса массы тела (ИМТ). Так, больные с ИМТ < 30 кг/м2 страдали в большинстве случаев НЛР легкой степени (54%), тяжелые НЛР встречались у них только в 1% случаев. У больных с ИМТ > 30 кг/м2 чаще встречались среднетяжелые и тяжелые НЛР, что говорило о более тяжелом течении НЛР у лиц с ожирением.
В 11 случаях в связи с развитием НЛР потребовалась госпитализация: у 9 больных – при приеме эналаприла, по одному – при приеме каптоприла и квинаприла. В девяти случаях основными проявлениями НЛР были кожные реакции, кашель, головная боль, головокружение, шум в ушах, артериальная гипотония, в одном – гастроинтестинальные расстройства (боль в правом подреберье, горечь во рту, желтушность кожи), еще в одном – аритмия, гиперкалиемия (более 6 ммоль/л). Во всех случаях иАПФ назначались в средних терапевтических дозах.

НЛР в группе АК
Из 84 сообщений о НЛР на применение АК у пациентов с АГ общее количество реакций составило 294, среднее число НЛР на 1 больного – 3,5 ± 0,26.
Среди АК по сообщениям о НЛР преобладали амлодипин (47%), нифедипин пролонгированного действия (ПД; 36%) и нифедипин короткого действия (КД; 14%). На долю фелодипина и верапамила приходилось 1 и 2% сообщений соответственно.
Распределение НЛР по системам на применение АК представлено на рисунке 5. Наиболее часто отмечались НЛР со стороны сердечно-сосудистой системы (ССС; 81%) и ЦНС (57,1%).

izunezh3.png

НЛР со стороны ЦНС включали головную боль (35%), головокружение (25%), слабость (29%), а также плохое самочувствие, шум в ушах, сонливость, нервозность, усталость и др. НЛР со стороны ССС включали отеки (46%), тахикардию (25%), приливы (21%) и аритмии (10%), а также артериальную гипотонию и боль в области сердца. Реже наблюдались НЛР со стороны кожи (27 случаев), желудочно-кишечного тракта (ЖКТ; тошнота – 5, диспепсия – 3, нарушения стула – 3) и дыхательной системы (одышка – 2, удушье – 2).
Анализ НЛР АК в зависимости от препаратов выявил различия в преимущественном поражении основных систем. Так, частота НЛР со стороны ЦНС была достоверно меньше при применении амлодипина, чем нифедипина КД и ПД (41 против 75 и 70% соответственно; р < 0,001). Частота НЛР со стороны ССС при приеме нифедипина КД была незначительно и недостоверно выше, чем при применении нифедипина ПД и амлодипина (47,6 против 38,6 и 38,3%). Частота НЛР со стороны кожи была больше при применении нифедипина ПД в сравнении с нифедипином КД и амлодипином (13,4 против 9,5 и 10,0%).
К класс-специфическим НЛР АК были отнесены: отеки, тахикардия, приливы, нарушения ритма сердца, кожная сыпь или зуд, боль в области сердца, артериальная гипотония. Отеки достоверно чаще отмечались при применении амлодипина, чем нифедипина КД и ПД (21,6 против 4,7 и 8,4%; р < 0,001); тахикардия – достоверно реже при применении амлодипина, чем нифедипина КД и ПД (6,7 против 19,0 и 17,6%; р < 0,01); головная боль – достоверно реже при применении амлодипина, чем нифедипина КД и ПД (5,0 против 14,3 и 12,6%; р < 0,02); приливы – достоверно чаще при применении нифедипина КД, чем нифедипина ПД и амлодипина (11,9 против 4,2 и 5,8%; р < 0,05). Артериальная гипотония наблюдалась только при применении нифедипина КД и ПД с частотой 7,1 и 2,5% соответственно.
Среднее число НЛР на 1 пациента составило при приеме нифедипина – 3,8 (в т. ч. нифедипина КД – 3,5, нифедипина ПД – 4,0), амлодипина – 3,1. Среднее число класс-специфичных НЛР на 1 пациента было достоверно меньше при применении амлодипина в сравнении с нифедипином КД и ПД (1,85 против 2,67 и 2,87 соответственно; р < 0,05 и р < 0,001).
Выявлены различия в количестве и характеристиках НЛР при использовании оригинальных АК и их генериков. Доля оригинальных препаратов в группе АК составила лишь 13%. Среднее число НЛР на 1 пациента при приеме оригинальных препаратов и генериков составило 2,79 против 3,61 (р = 0,07). Среднее число НЛР на 1 пациента при приеме оригинальных препаратов нифедипина и генериков нифедипина КД и ПД составило 3,3 и 4,0, в т. ч. класс-специфичных НЛР – 2,9 и 2,8 соответственно. Среднее число НЛР на 1 пациента при приеме оригинального коринфара ретард было достоверно меньше в сравнении с генериками нифедипина ПД (3,00 против 4,21; р < 0,05), но среднее число класс-специфичных НЛР не различалось. Среднее число НЛР на 1 пациента при приеме норваска и генериков амлодипина составило 1,50 против 3,26 (р < 0,05), но достоверных различий по среднему числу класс-специфичных НЛР между оригинальным амлодипином и генериками выявлено не было.
Представляет интерес анализ доли класс-специфических НЛР в общей структуре НЛР при применении оригинальных препаратов и генериков АК. В целом при использовании оригинальных АК она достигала 90% (35 из 39 НЛР), а при приеме генериков – лишь 64% (155 из 242 НЛР). В том числе при приеме всех оригинальных препаратов нифедипина она составила 87,0 против 69,5% (р < 0,05), оригинального нифедипина ПД – 100 против 67,0% (р < 0,05), оригинального амлодипина (норваск) – 100 против 54,4% (р < 0,02). Это может означать, что НЛР при применении оригинальных АК представлены в основном класс-специфичными эффектами, а на фоне генериков развиваются также неспецифичные реакции (до 50%), что может существенно ухудшать переносимость лечения и уменьшать приверженность больных АГ лечению.
Не было выявлено различий по числу НЛР и характеру поражений систем у мужчин и женщин: среднее число НЛР на 1 женщину составило 3,6 ± 0,3 (класс-специфичных НЛР – 2,4 ± 0,17), на 1 мужчину – 3,2 ± 0,3 (класс-специфичных НЛР – 2,35 ± 0,3).
Анализ НЛР не выявил различий в их частоте и в возрастных группах. Среднее число НЛР у лиц до 60 лет составило 3,7 ± 0,4 (класс-специфичных НЛР – 2,5 ± 0,2), старше 60 лет – 3,3 ± 0,3 (класс-специфичных НЛР – 2,3 ± 0,2). Однако было установлено, что аритмии чаще отмечались в возрасте до 60 лет (4,7 против 1,4%; р < 0,05), а кардиалгии – у пожилых пациентов (3,4 против 0,7%; р < 0,05).
Различий по частоте развития НЛР в зависимости от ИМТ при применении АК не отмечено.
Тяжесть НЛР при применении АК у пациентов с АГ оценивалась как легкая в 44,7%, средней тяжести – в 43,5%, тяжелая – в 11,8% случаев. Госпитализация имела место в следующих пяти случаях. У двух пациентов при применении нифедипина ПД в дозе 20 мг 2 раза в сутки (в сочетании с БАБ и диуретиками) появились жалобы на головные боли, слабость, сердцебиение, отеки, тахикардию и артериальную гипотонию. У другого больного при приеме нифедипина КД в дозе 10 мг 2 раза в сутки (сопутствующей терапии не было) появились жалобы на головокружение, боль в области сердца, сердцебиение, тахикардию и нарушение ритма. Еще в одном случае при приеме верапамила в дозе 40 мг 3 раза в день (сопутствующие препараты не применялись) появились жалобы на головные боли, слабость, аллергию, кожный зуд и сыпь, в другом – жалобы на сердцебиение, тахикардию и отеки были отмечены при применении фелодипина в дозе 40 мг 1 раз в день.

НЛР в группе БАБ
В 58 сообщениях о НЛР на применение БАБ у пациентов с АГ общее количество реакций составило 208 (среднее число на 1 больного – 3,59 ± 0,29).
В половине случаев препараты группы БАБ были представлены метопрололом (51,7%). Доля бетаксолола составила 15,0%, бисопролола – 13,8%, атенолола – 8,6%; доля оригинальных препаратов – 29,0%. Анализ НЛР при использовании оригинальных препаратов и генериков их группы БАБ не выявил различий по среднему числу НЛР на 1 пациента: 3,69 и 3,56 соответственно (класс-специфичных ПНР – 2,23 и 2,62).
Анализ НЛР по системам показал наибольшую частоту НЛР БАБ со стороны ЦНС (70,6%) и ССС (36,2%; рис. 6).

izunezh4.png

Наиболее частыми НЛР со стороны ЦНС при применении БАБ были головокружение и слабость, со стороны ССС – брадикардия и артериальная гипотония (рис. 7). К редким НЛР при применении БАБ отнесены снижение потенции у мужчин (2 случая) и увеличение массы тела (2 случая).
К класс-специфичным НЛР при применении БАБ были отнесены: все расстройства со стороны ЦНС, а также нарушения со стороны ССС (артериальная гипотония, брадикардия, кардиалгия, стенокардия, аритмия), ЖКТ (диспепсия, тошнота, рвота, боль в животе, запоры, диарея), дыхательной системы (кашель, одышка, удушье, бронхоспазм), кожные реакции (кожная сыпь, зуд), снижение потенции у мужчин, увеличение массы тела. Доля класс-специфичных реакций в обшей структуре НЛР составила 70%, среднее число класс-специфичных НЛР на 1 пациента – 2,53 ± 0,2.
При тендерном анализе показано, что у женщин при приеме БАБ доля НЛР со стороны ЖКТ была достоверно больше, чем у мужчин (10,5 против 4,0%; р < 0,05). Увеличение массы тела отмечено только у женщин (5,7%). Среднее число НЛР на 1 женщину составило 3,80 ± 0,40, на 1 мужчину – 3,26 ± 0,40; среднее число класс-специфичных НЛР – 2,74 ± 0,25 и 2,3 ± 0,30 соответственно.
Анализ частоты НЛР по возрастным группам выявил значимые различия в частоте НЛР со стороны ЖКТ: у больных старше 60 лет их доля была достоверно выше (12,2 против 5,0%; р < 0,05). Среднее число НЛР у 1 больного до 60 лет составило 3,80 ± 0,47, старше 60 лет – 3,30 ± 0,30, а среднее число класс-специфичных НЛР – 2,58 ± 0,30 и 1,48 ± 0,20 соответственно.
Также отмечено, что НЛР со стороны кожи достоверно чаще встречались у пациентов с ИМТ < 30 кг/м2 (7,5%), тогда как у пациентов с ожирением их не было.
Легкие НЛР при применении БАБ встречались в 34% случаев, средней тяжести – в 59, тяжелые – в 7%. Госпитализация потребовалась в 9 случаях: в 8 – при приеме метопролола, в 1 – бетаксолола. При этом основными проявлениями НЛР были головные боли, слабость, плохое самочувствие, сердцебиение, брадикардия, кашель, одышка, удушье, бронхоспазм, бессонница, депрессия, страх, головокружение, шум в ушах, обморок, артериальная гипотония, вялость, нервозность.

НЛР в группе диуретиков
В 14 сообщениях о НЛР на применение диуретиков общее количество реакций составило 45, среднее число НЛР на 1 больного – 3,2 ± 0,4. Сообщения касались только 2 препаратов – индапамида (9) и гидрохлоротиазида (5). Только в одном случае применялся оригинальный препарат арифон.
Частота НРЛ по системам при применении диуретиков была следующей: ЦНС (64,3%), ССС (21,4%), мочевыводящая система (21,4%), ЖКТ (35,7%), кожа (14,2%). Наиболее частыми НРЛ со стороны ЦНС были головокружение (42,8%), слабость (21,4%) и головная боль (21,4%); со стороны ССС – сердцебиение (28,5%); со стороны ЖКТ – тошнота (28,5%). В одном случае зарегистрировано развитие гипергликемии (более 14 ммоль/л) на фоне приема гидрохлоротиазида в дозе 50 мг в течение 2 дней у пациента с сахарным диабетом, получавшего сахароснижающие препараты (потребовалась госпитализация). К класс-специфичным НЛР при применении диуретиков были отнесены: тошнота, рвота, диспепсия, сердцебиение, учащенное мочеиспускание, слабость, вялость, гипергликемия. Доля класс-специфичных реакций в обшей структуре НЛР составила 30%, среднее число класс-специфичных НЛР на 1 пациента – 1,07 ± 0,25.
Частота расстройств со стороны ЦНС имела тенденцию к увеличению в группе мужчин (83,3 против 50% у женщин), а кожные реакции (кожная сыпь, кожный зуд) отмечены только у женщин. Среднее число НЛР на 1 женщину составило 3,80 ± 0,40, на 1 мужчину – 3,26 ± 0,40 (класс-специфичных НЛР – 0,88 ± 0,30 и 1,33 ± 0,42 соответственно).
Отмечена худшая переносимость диуретиков среди лиц до 60 лет: среднее число НЛР на 1 пациента – 3,89 ± 0,48 против 2,00 ± 0,30 у лиц старше 60 лет. Кожные реакции отмечены только в более молодой возрастной группе.
Тяжесть НЛР при приеме диуретиков как легкая оценена у 10 больных, как средняя – у 4.

НЛР к другим группам АГП
Было получено 5 сообщений об НЛР при применении АТII, общее количество реакций составило 15, среднее на 1 больного – 3. Больные получали лозартан (лозап), эпросартан, телмисартан, ирбесартан.
Расстройства со стороны ЦНС (головокружение, шум в ушах, слабость) – отмечены у 2, кожные реакции (кожная сыпь, кожный зуд) – у 2, респираторные нарушения (сухой кашель, удушье, першение в горле) – у 2 больных. У одного пациента имели место расстройства со стороны ЖКТ (диспепсия), еще у одного – со стороны ССС (артериальная гипотония).
Тяжесть НЛР на применение АТII как легкая оценена в двух случаях и средней тяжести – в трех. В одном случае при приеме лозапа в дозе 50 мг через 2 дня появились сухой кашель, удушье, першение в горле, что потребовало госпитализации.
Получено три сообщения об НЛР АГП с центральным механизмом действия. Они касались применения клонидина и рилменидина. У всех пациентов отмечены расстройства со стороны ЦНС (10 НЛР), ССС (3 НЛР) и ЖКТ (5 НЛР).
НЛР были легкими у двух пациентов и средней тяжести у одного.
Кроме того, было получено 11 сообщений об НЛР при применении комбинированных АГП. Все они представляли собой комбинацию иАПФ и диуретика. Общее количество НЛР составило 33, среднее на 1 пациента – 3.
Наибольшей была частота НЛР со стороны дыхательной системы: они отмечены у 72,2% пациентов. НЛР со стороны ССС имели место у 54,5%, со стороны ЦНС – у 36,3, со стороны ЖКТ – у 18,0% больных. Наиболее частыми НЛР являлись кашель (72,7%) и тахикардия/сердцебиение.
Тяжесть НЛР оценивалась как легкая в пяти случаях, как средняя – в шести.

Обсуждение
Представленное фармакоэпидемиологическое исследование является первой в России работой по изучению НЛР АГП в реальной практике. Как известно, оценка НЛР в условиях клинических исследований II-III фаз проводится для оригинальных препаратов, а генерики регистрируются без оценки безопасности. Вместе с тем в России доля оригинальных АГП в реальной практике, по данным настоящего исследования, не превышает 30%, что согласуется с данными исследования ПИФАГОР [2]. В связи с этим представленные данные об НЛР генерических АГП имеют большой научно-практический интерес.
Было установлено, что наибольшая доля полученных сообщений о НЛР АГП касалась иАПФ (48%), что согласуется с результатами исследования ПИФАГОР I-II (доля иАПФ в структуре АГП, применяемых пациентами с АГ, составила 40%).
Анализ НЛР по системам показал, что с наибольшей частотой развивались реакции со стороны нервной системы (53,7%), причем доля нарушений со стороны ЦНС в общей структуре НЛР составила 40%. Наибольшая частота нарушений нервной системы отмечена при применении БАБ: доля больных с НЛР со стороны ЦНС составила 70,6%. Основными НЛР со стороны ЦНС были головная боль, головокружение и слабость. В большинстве случаев эти НЛР не являются специфичными для различных АГП и могут быть проявлением гипотензивного эффекта. Тем не менее проведенный анализ показал, что головная боль достоверно чаще встречалась при приеме АК, чем при использовании других АГП, а головокружение – при применении диуретиков. Слабость достоверно чаще возникала при приеме АК, чем при применении иАПФ.
Второе место по частоте занимают респираторные нарушения, развившиеся у 38,3% пациентов с НЛР (их доля в общей структуре НЛР – 15,8%). Наиболее часто они наблюдались при применении иАПФ (71,6%) с долей в структуре НЛР 30,3%. Второе место по частоте респираторных НЛР заняли БАБ. С другой стороны, применение диуретиков не сопровождалось какими-либо нарушениями со стороны дыхательной системы.
Третье место по частоте занимают расстройства со стороны ССС, наблюдавшиеся у 31,0% пациентов (доля в структуре НЛР – 18,2%). Частота НЛР со стороны ССС значительно варьировалась в зависимости от класса антигипертензивных ЛС. Их наибольшая частота отмечена при применении АК: доля пациентов с НЛР со стороны ССС достигла 81,0%, а доля этих реакций в структуре НЛР – 41,2%. Наименьшее количество НЛР со стороны ССС отмечено при использовании иАПФ. Артериальная гипотония как причина плохой переносимости АГТ отмечена в 20 случаях (средняя частота – 5,9%). При применении БАБ гипотония встречалась в 2 раза чаще, чем при использовании АК, и в 3 раза чаще, чем при приеме иАПФ.
Четвертое место по частоте занимают расстройства со стороны кожи, включая аллергические реакции. Они развивались у 17,2% пациентов, их доля в структуре НЛР составила 10,7%. Реже всего эти реакции отмечались при применении БАБ.
Более редкими по частоте являются расстройства со стороны ЖКТ, отмеченные у 11,3% пациентов (доля в структуре НЛР – 6,3%). Наиболее часто они наблюдались при применении диуретиков (у 35,7% пациентов с долей в структуре НЛР – 15,5%). Реже всего они развивались на фоне применения АК (у 7,1% пациентов, 4,7% – в структуре НЛР).
Обобщение данных о переносимости иАПФ у пациентов с АГ свидетельствует, что лишь 40% НЛР относятся к класс-специфичным. Эти показатели определяются главным образом препаратами-генериками (в первую очередь генериками эналаприла), так как доля оригинальных АГП в данной группе составляет всего 17%. Доминируют при применении иАПФ расстройства со стороны дыхательной системы, а среди них – такая класс-специфичная реакция, как кашель.
При применении АК доминировали НЛР со стороны ССС, при этом доля класс-специфичных НЛР достигала 70%, несмотря на преобладание препаратов-генериков. Переносимость амлодипина была достоверно лучшей, чем препаратов нифедипина, а переносимость нифедипина ПД – лучше, чем нифедипина КД. Переносимость БАБ характеризовалась наибольшим спектром НЛР в сравнении с основными классами АГП (иАПФ, АК и диуретиками). Лидирующее место занимают расстройства со стороны ЦНС. Доля класс-специфичных НЛР составила 70%, среднее число класс-специфичных НЛР на 1 пациента было также выше, чем для других классов АГП.
Небольшое количество сообщений об НЛР АГП центрального действия свидетельствует о значительном уменьшении частоты их применения в реальной практике. Их использование ассоциируется с самым большим количеством НЛР и хуже переносится в сравнении со всеми другими АГП, что полностью согласуется с рекомендациями о нецелесообразности длительного применения этих препаратов.
Среди редких, но значимых при лечении мужчин НЛР следует отметить три случая снижения потенции: один – при приеме иАПФ, два – при приеме БАБ.
Сравнение тяжести НЛР разных классов АГП показал, что при применении иАПФ преобладали легкие НЛР, а при использовании БАБ – НЛР средней тяжести. Частота случаев госпитализаций в связи с развитием НЛР на прием БАБ была вдвое выше, чем при использовании иАПФ и АК (р < 0,05).
Почти для всех классов АГП показано, что применение препаратов-генериков сопровождается большим количеством НЛР (особенно генериков иАПФ), чем прием оригинальных препаратов, главным образом за счет неспецифичных реакций.
Таким образом, результаты настоящего фармакоэпидемиологического исследования дают представление о характере и тяжести НЛР при использовании АГП в реальной практике, дополняют данные по фармакоэпидемиологии АГП, полученные в исследовании ПИФАГОР, и позволяют прогнозировать фармакоэкономические потери в связи с развитием НЛР у пациентов с АГ.

Список литературы находится в редакции.

Статья печатается в сокращении.
Впервые опубликована в журнале «Фарматека», № 8, 2010, с. 67-73.


1 ГОУ ВПО РГМУ Росздрава, г. Москва.
2 Российское общество клинических исследователей, г. Москва.

Наш журнал
в соцсетях:

Выпуски за 2010 Год

Содержание выпуска 9-10 (38-39), 2010

  1. І.М. Горбась, М.Д. Стражеска

  2. А.В. Фонякин, Л.А. Гераскина

  3. Ю.М. Сіренко, Г.Д. Радченко, В.М. Граніч та ін.

  4. Ю.М. Сіренко, Г.Д. Радченко, В.М. Граніч та ін.

  5. В.А. Визир, А.Е. Березин, И.В. Визир

  6. С.М. Стаднік

  7. И.В. Дамулин, И.М. Сеченова

  8. А.Н. Беловол, И.И. Князькова

Содержание выпуска 8 (37), 2010

  1. Ю.В. Лукина, С.Ю. Марцевич

  2. В.А. Визир, А.Е. Березин, И.В. Визир

  3. Е.С. Нургужаев, Д.А. Митрохин, А.Ш. Избасарова и др.

  4. Д.В. Преображенский, А.В. Маренич, Н.Е. Романова и др.

  5. А.Н. Беловол, И.И. Князькова

  6. Е.Г. Арутюнян, Р.Г. Макиев, А.Э. Никитин и др.

  7. Н.В. Свиридов, С.В. Болгарская, В.П. Комиссаренко

  8. М.Р. Чуйко, М.К. Бодыхов, В.И. Скворцова

  9. Г.Г. Петрик, С.А. Павлищук

Содержание выпуска 7 (36), 2010

  1. М.В. Леонова, Д.Ю. Белоусов, А.А. Галицкий и др.

  2. М.В. Путилина

  3. О.В. Сайко, С.М. Стаднік

  4. И.Е. Чазова, Д.В. Небиеридзе, Л.Г. Ратова и др.

  5. В.В. Крылов, С.А. Буров, В.Г. Дашьян и др.

Содержание выпуска 4 (33), 2010

  1. В.В. Аникин, О.А. Изварина

  2. С.М. Виничук, А.А. Богомольца

  3. Е.А. Коваль, В.С. Адамский, В.А. Борощук и др.

  4. В.К. Серкова, Н.И. Пирогова

  5. Т.Г. Височанська, Т.В. Костенко, Л.В. Вознюк та ін.

Содержание выпуска 3 (32), 2010

  1. У.Б. Лущик, Т.С. Алексєєва, В.В. Новицький

  2. Д.Д. Зербіно

  3. Д.Д. Зербино, И.В. Билавка, В.И. Григорийчук и др.

  4. Д.Д. Зербино

  5. В.О. Шумаков, І.Е. Малиновська, Л.П. Терешкевич та ін.

  6. Н.В. Коробчук, Л.В. Вознюк, Т.В. Костенко та ін.

  7. С.М. Діденко, Ю.М. Гупало, О.Є. Швед та ін.

  8. Т.В. Мироненко, Т.Н. Шаповалов, Н.А. Шаповалов и др.

  9. В.И. Волков, А.С. Исаева, В.И. Строна и др.

  10. В.К. Тащук

Содержание выпуска 2-1, 2010

  1. Т.С. Мищенко

  2. Л.А. Дзяк, Е.С. Цуркаленко

  3. В.А. Яворская, Ю.В. Фломин

  4. А.В. Фонякин, Л.А. Гераскина

  5. Е.А. Ярынкина, Н.Д. Стражеско

  6. В.А. Чернишов, І.І. Єрмакович, О.Г. Гапонова та ін.

  7. Б.Н. Маньковский, П.Л. Шупика

  8. И.З. Самосюк, Н.И. Самосюк, Е.Н. Чухраева и др.

Содержание выпуска 2 (31), 2010

  1. П.И. Никульников, А.А. Шалимова

  2. С.П. Московко, С.М. Стаднік, М.І. Пирогова

  3. В.И. Черний, Н.Н. Смирнова, А.А. Егоров и др.

  4. Л.М. Ена, В.О. Артеменко, П.П. Чаяло и др.

  5. В.І. Денисюк, О.В. Денисюк, М.І. Пирогова

  6. В.І. Денисюк, О.В. Денисюк, Г.О. Турська та ін.

Содержание выпуска 1 (30), 2010

  1. В.А. Прасол, В.И. Троян, О.А. Зарудный

  2. В.К. Гаврисюк, П.Л. Шупика

  3. Н.Т. Ватутин, Н.В. Калинкина, Е.В. Кетинг и др.

  4. Л.К. Соколова, В.П. Комиссаренко

  5. П.І. Нікульніков, А.В. Ратушнюк, А.О. Гуч та ін.

  6. І.П. Катеренчук